1.  10. 2018

Письмо основателя Библиотеки
Михаила Фельдштейна
читателям

Михаил Майорович Фельдштейн
Михаил Майорович Фельдштейн
Дорогие любители музыки!

Я один из вас: не музыкант, но не мыслю свою жизнь без музыки. Всю свою жизнь (более семи десятилетий) живу с музыкой в сердце, но не просто ради развлечения или наслаждения ей. Я также считаю своим долгом служить музыке в меру своих сил, энергии и способностей.  В музыке я всеяден: меня интересует всё, кроме репетитивного минимализма.
Музыку я делю на плохую и хорошую: всё остальное вторично. Для меня задача музыки не просто развлекать слушателей, но и доносить до них некую художественную идею, посыл, не передаваемый словами. В этом плане можно говорить, что каждое музыкальное произведение имеет некое содержание. Важно, чтобы слушатель понял, что сподвигло композитора написать произведение, как оно устроено, какую мысль кроме упоения красотой автор пытался донести до нас.
Музыка может нести идеи двух родов. Прежде всего – чисто музыкальные, не передаваемые словами. Но, помимо чисто музыкальных идей, музыка может включать также и литературную, текстовую составляющую. Это задача вокальной музыки. Как правило, такие произведения вдохновлены некими литературными текстами, стихотворениями, либретто. Такая музыка часто сюжетна, и чтобы понять подобное произведение важно «схватить» как сюжет, так и текст.
Слова и музыка часто связаны некой глубинной, фундаментальной связью.  И музыка, и её текст – это продукты мышления человека.  А человек – творец, композитор, поэт, художник – мыслит на определённом языке, как правило – материнском.  Именно поэтому внимательные и опытные слушатели могут на слух почувствовать различия между итальянской, немецкой, французской, английской и скандинавской музыкой.  Именно поэтому музыка наших соотечественников всегда нам ближе и понятней, чем музыка чужестранцев, даже если она и не основана на литературном тексте.
В этой связи, понимание текстов музыкальных произведений – необходимый, неотъемлемый и незаменимый элемент раскрытия идеи музыкального произведения. Человек, считающий возможным слушать вокальную музыку без тщательного знакомства с текстом, не способен понять и почувствовать замысел композитора.
Ч. Айвз, Коллекция песен антологии Naxos (CD);
И. Стравинский, История солдата (грампластинка);
П. Бартоломе, опера Эдип в пути (CD).
Перевод текстов вокальной музыки – весьма тонкая проблема.  Даже, если это перевод подстрочный, слово в слово.  Любой перевод сопряжён с неминуемыми жертвами, и возникает вопрос оправданности компромисса, решение которого всегда остаётся на совести переводчика. Конечно, перевод доносит основную мысль автора текста и композитора, вдохновившегося избранным текстом.  Но использование поэтом или либреттистом чужого для слушателя языка неминуемо разрушает или нарушает фонетическую красоту звучания вокальной пьесы.  В этой связи я предпочитаю билингвальные переводы: слева – оригинальный текст, справа его перевод. Это во-первых.
Во-вторых, при переводе положенного на музыку текста важно, там где это только возможно, сохранить место слов в переводимой фразе. В основном, это касается таких слов, которые несут определённый образный смысл, передаваемый чисто музыкальными средствами. Это такие слова, как радость и скорбь, свет и тьма, цветение и увядание, жизнь и смерть, покой и суета, любовь и ненависть. В этой связи для переводчика абсолютно необходимо прослушать с текстом кантаты И.С. Баха, который придавал огромное значение логической связи между конструкцией музыкальных и языковых фраз.
В-третьих, при переводе желательно выбирать варианты слов, соответствующие эпохе создания текста или описываемому в нём времени. Текст задаёт определённый колорит,  атмосферу звучания. Например, когда важно подчеркнуть, что текст создан в начале девятнадцатого века или раньше, или речь идёт о духовной музыке, а не светской, то уместней использовать такие слова как «очи» вместо «глаза», «длани» вместо «руки», «ланиты» вместо «щёки», «лобзание» вместо «поцелуй» и т.п.
А. Веберн, кантата Свет глаз (изд. Universal Edition, клавир);
Г. Вольф, Песни на стихи Э. Мёрике (Edition Peters);
К. Вивье, Пролог к Марко Поло (DVD).
Простые, неискушённые слушатели хорошо понимали и понимают важность текста для осмысленного прослушивания вокальных произведений. В 60-е – 80-е годы ХХ века московские любители музыки, собиратели грамзаписей, были объединены в общество филофонистов. Они устраивали прослушивания грамзаписей на территории Музея им. М.И. Глинки и Музея А.Н. Скрябина. Там можно было услышать оперы Р. Вагнера, духовную музыку – в те времена нечастые гости в радио эфире.  Звучала и современная музыка: оперы П.Хиндемита, Б. Бриттена, Ф. Пуленка и др. Мне довелось участвовать в организации и проведении этих прослушиваний в период с 1968 по 1990 год.
Для перевода текстов музыкальных произведений на русский язык мы организовали специальную группу переводчиков. Именно с её помощью и помощью филофонистов московские любители музыки впервые смогли услышать оперы Монтеверди, литургическую музыку средневековья и эпохи Возрождения. Во второй половине 80-х годов филофонисты знакомили московских любителей музыки с творчеством современных композиторов: Эдисона Денисова, Альфреда Шнитке, Софии Губайдулиной, Валентина Сильвестрова и др.  При этом прослушивания записей сочетались с живыми концертными выступлениями таких впоследствии прославленных музыкантов – исполнителей, как Гидон Кремер, Иван Монигетти, Алексей Любимов, Александр Ивашкин, Светлана Савенко и др. На чаепитии после одного из таких концертов – прослушиваний, я сказал Альфреду Шнитке, что благодаря нашим прослушиваниям московские любители музыки открыли окно в Европу.  Альфред рассмеялся и сказал: «Окно – слишком громко сказано. Но форточку вы открыли. Спасибо и на этом».
Прослушивания вокальных произведений сопровождались проецированием текстов на экран. Первая часть собрания текстов, имеющихся ныне в моём распоряжении,  была заложена ещё тогда. В дальнейшем общество филофонистов и группа переводчиков при ней перестали существовать. Но собрание текстов сохранилось, постепенно росло, и я горел желанием сделать его доступным для простых любителей музыки, в том числе – музыки современной. В этой связи хочу упомянуть подвижнеческую деятельность известного московского композитора, профессора московской консерватории Владимира Тарнопольского, и его сына, создателя сайта  Stravinsky.online Владислава Тарнопольского.
И. Стравинский, мелодрама Персефона (изд. Музыка, клавир);
И. Стравинский, Похождение повесы (изд. Музыка, клавир);
Г. Вольф опера Коррехидор (изд. E.F.Kalmus, партитура).
Я хотел бы видеть наше детище живым, растущим, развивающимся организмом.  В этой связи, прежде всего, нужна обратная связь между пользователями и организаторами сайта.
У нас много нерешённых проблем.  Во-первых, нас мало. Нужны новые, инициативные люди, владеющие иностранными языками. Во-вторых, нужен доступ к текстам либретто. И если один любитель музыки мало что может сделать, то все вместе мы – сила. И, наконец, нужно свободное общение между всеми пользователями и организаторами сайта. Все мы любим музыку и готовы служить ей.  И это уже не мало.
Мне хотелось бы, чтобы чтение прилагаемых переводов пробуждало инициативу читателей.  Если где-то вы наткнулись на текст стихотворения или либретто, положенное на музыку композитором, известным уже сегодня, или только идущим к известности, либо прочли текст эквиритмического или подстрочного перевода, не откажитесь переслать на сайт Stravinsky.online. Один человек может немного, но всё же что-то он может, если не опускает руки. Вместе – мы сила!
М. М. Фельдштейн